— Анатолий Иванович, как историк, вы активно занимаетесь изучением организации хозяйственной деятельности на северо-востоке нашей страны, социально-экономического развития этой части России, а как политический деятель, прикладываете все усилия для того, чтобы обеспечить развитие экономики северных и дальневосточных регионов РФ и повышать уровень жизни людей там. Скажите, пожалуйста, какие задачи в деле развития Севера и Дальнего Востока являются сейчас первоочередными?
—Я считаю, что раз уж Бог создал меня историком, то я должен заниматься историей. История северо-востока России, как и история вообще, — это очень интересно. Следует подчеркнуть, что историческое знание не только интересно, но и принципиально важно, поскольку оно позволяет понять основу, на которой развивалась экономика той или иной части нашей страны, России в целом и вообще всего мира. Меня в самом начале моего пути в науке заинтересовала история организации хозяйственной деятельности в Магаданской области и шире — на северо-востоке нашей страны в советский период ее жизни. История северо-востока Российской Федерации — это во многом история «Дальстроя», организацию и деятельность которого я и изучал, и изучаю. Остаюсь верным этому направлению в силу глубокого интереса к вопросам развития северо-восточной части нашей страны.
И еще. Будучи историком, не могу не обратить внимание на один весьма важный момент. У нас есть академическая история Сибири, есть академическая история Дальнего Востока, но нет академической истории Арктики. Подготовка академической истории Арктики принципиально важна не только для полноты научного описания развития регионов России и нашей страны в целом, но и для того, чтобы обеспечить нас необходимым идеологическим оружием в противостоянии с Западом, постоянно стремящимся навязывать миру свою волю, свое, выгодное ему для сиюминутных политико-экономических целей видение исторического процесса, часто абсолютно искаженное с точки зрения объективной картины развития мира.
Запад не опирается на объективное историческое знание о реальном развитии мира, а в достаточно большом количестве случаев именно пользует историю, беззастенчиво измышляя то, что оправдывает его идеологическое господство, за которым стоит стремление к господству экономическому. А наша задача — противостоять этому. Наличие у нас академической истории Арктики не позволит Западу заявлять о том, что первыми начали осваивать Арктику именно западные страны, что в Арктике первыми были страны Запада, а не Россия. Мы не можем позволить странам Запада отнимать у нас идеологическими подтасовками фактов наше первенство в освоении Арктики! И академическая история Арктики позволит документально зафиксировать наше первенство в освоении Арктики и станет надежным идеологическим оружием в противостоянии с недружественно настроенным по отношению к нам Западом.
Мы в России всегда придерживались и придерживаемся объективного взгляда на мировую историю. И дальше будем придерживаться. В США уже давно искажают историю в идеологических и экономических целях, стремясь навязать миру свою политическую волю и экономическую зависимость от них. Там происходит то, что происходит. Но мы будем исходить из того, что мы знаем историю: это позволяет нам делать сильнейшая отечественная историческая научная школа, в которой всегда ценились объективность и фундаментальность подхода к осмыслению исследуемых явлений. В этом наша сила и наша правда.
Что касается первоочередных задач развития Арктики, то они определены нашими основополагающими документами. Надо просто следовать намеченному курсу — определенному Президентом РФ Владимиром Путиным стратегическому ориентиру на опережающее и устойчивое развитие Дальнего Востока нашей страны и Российской Арктики. В развитие этого ориентира очень много делается, уже сделано и будет делаться Государственной Думой ФС РФ, Советом Федерации ФС РФ, Правительством РФ, лично заместителем Председателя Правительства РФ — полномочным представителем Президента РФ в Дальневосточном федеральном округе Ю. П. Трутневым, конечно же, Министерством РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики, АО «Корпорация развития Дальнего Востока и Арктики», главами дальневосточных и арктических регионов нашей страны, всеми людьми, кто своим трудом содействует развитию этих весьма непростых в климатическом отношении регионов России.
![Анатолий Широков: На Севере всегда есть горизонт](/uploads/posts/2024-07/1721628219_01.jpg)
— Президент РФ Владимир Путин подчеркивает, что опережающее развитие Дальнего Востока и Арктики — наши стратегические приоритеты в XXI веке. С целью организации опережающего развития дальневосточных регионов принят целый ряд программ, реализация которых уже сейчас дает свои ощутимые результаты. Приняты ли аналогичные программы для развития регионов Арктической зоны РФ? Можно ли программы, ориентированные на развитие Дальнего Востока, просто экстраполировать на арктические регионы России или Российская Арктика все?таки требует особых программ, отличных от дальневосточных?
— На Дальнем Востоке действительно прекрасно зарекомендовали себя программы, направленные на развитие, на формирование у людей желания жить и трудиться в дальневосточных регионах: это и «Дальневосточный гектар», и «Дальневосточная ипотека», и «Единая дальневосточная субсидия» и др. Сейчас эти программы успешно начинают реализовываться в наших арктических регионах. Были скептики, говорившие: «Зачем человеку гектар в Арктике? Что он там даст? Что там можно выращивать?» Выращивать, конечно, там вряд ли что?то можно, но арктический гектар дает колоссальные возможности для улучшения условий жизни уже проживающих здесь россиян и для развития местного туризма: можно построить гостевые дома, оборудовать их и размещать тех, кто будет приезжать посмотреть красивейшие места нашего Севера. На декабрь 2023 года поступило около 15 тыс. заявлений от желающих получить свой гектар в Арктической зоне. Заключено более 5 тыс. договоров, выдано 57 субсидий на «Дом на гектаре», для поддержки гражданам, участвующим в программе «Арктический гектар», выделено более 120 млн рублей. Результаты пока выглядят следующим образом: 65% участков использовано под ИЖС, 18% — под предпринимательство, включая туризм, 14% — под сельское хозяйство, на иные цели — 3%.
Да, может быть, в Арктику и не устремятся жить, чтобы развивать там туризм, люди из других регионов России, но местные жители, получив гектар в Арктике, будут с удовольствием заниматься там малым туристическим бизнесом. Это особенно важно сейчас, когда на государственном уровне стоит задача интенсивного развития внутреннего туризма. Рекреационная сфера очень важна для нашей страны, особенно для ее дальневосточных и северных регионов с их просто?таки неповторимой, уникальной природой.
Следует подчеркнуть, что все принятые и реализуемые сейчас на государственном уровне программы развития на Севере и в Арктической зоне РФ предполагают преференции для производителя, для реального сектора экономики. Арктическая зона РФ сейчас предоставляет самые большие в мире возможности для инвесторов.
— Сейчас на государственном уровне принято решение о развитии опорных населенных пунктов в Арктической зоне РФ. Какие проблемы, связанные с этими населенными пунктами, являются наиболее актуальными? Что в развитии опорных населенных пунктов Арктики будет делаться на подготовленной почве, то есть с использованием достижений советского периода нашей истории, а что придется начинать с нуля?
— В советский период нашей истории при освоении Дальнего Востока и Севера необходимо было решить две задачи: обеспечить работающих и живущих в этих регионах людей высокими зарплатами и создать достойную инфраструктуру. Первая задача в те годы была успешно решена, а вот со второй справиться не удалось.
![](/uploads/posts/2024-07/1721628285_zh3.jpg)
Высокий уровень оплаты труда в северных и дальневосточных регионах России обеспечивается и сейчас, но есть один принципиальный момент, на который необходимо обратить особое внимание. На Севере высокий, достойный уровень оплаты труда обеспечивается специалистам, работающим вахтовым методом, а у представителей бюджетной сферы — учителей и врачей — уровень заработной платы весьма невысокий, особенно по северным меркам. Но это базовые, якорные для северных и дальневосточных регионов специалисты: не будет в поселке или городе учителей и врачей — там не будет людей вообще, поскольку люди просто уедут оттуда, где некому учить и лечить, не поедут туда жить…
А наша задача — сделать дальневосточные и арктические регионы России привлекательными для жизни и трудовой деятельности людей. Поэтому на государственном уровне необходимо установить высокий уровень оплаты труда для постоянно проживающих в северных регионах специалистов бюджетных сфер, прежде всего образования и здравоохранения. Этот уровень зарплаты сотрудников бюджетных сфер должен полностью покрывать характерные для северных регионов немалые расходы на приобретение продуктов питания и других товаров. В идеале. Конечно, у людей должны оставаться и свободные денежные средства.
Невысокий по северным меркам уровень оплаты труда сотрудников бюджетных сфер негативно сказывается и на местных бюджетах. Работающие на Севере вахтовым методом сотрудники различных компаний, получив свою зарплату, тратят ее не в том регионе, где зарабатывают, а в тех регионах, в которых постоянно проживают. Поэтому местные бюджеты северных регионов, где трудятся вахтовики, недополучают достаточно большое количество денежных средств, что прямо влияет на возможности укрепления материального положения не только регионов в целом, но и представителей их бюджетной сферы.
Но высокие зарплаты — еще не все, чтобы обеспечить жизнь на Севере. Важнейшим достижением нашего времени является то, что сейчас Россия создает современную инфраструктуру на Дальнем Востоке и на Севере, в том числе в Арктике, что очень важно. Инфраструктуры такого уровня, какая создается в дальневосточных и арктических регионах нашей страны, ранее не было никогда. И создание современных объектов инфраструктуры в Арктике надо активно продолжать и всемерно поддерживать на государственном уровне, что сейчас и делается.
В 2022–2023 годах на средства Единой президентской субсидии в Арктической зоне сдано 11 объектов здравоохранения, пять объектов образования, три спортивных объекта, 42 иных объекта. В этот период (2022–2023 годы) из федерального бюджета на эти цели было выделено 6 млрд рублей. На 2024–2026 годы пока предусмотрено еще 4,5 млрд. Очень важно создавать на Севере объекты социальной инфраструктуры. Надо сделать так, чтобы людям на Севере было удобно, комфортно. Надо создавать здесь достойные условия жизни.
Сегодня Арктика, Север и Дальний Восток обладают уникальной особенностью: они управляются и по принципу вертикали, как и все регионы нашей страны, и, в отличие от других регионов России, по принципу горизонтали, поскольку развитие данных регионов курируют специальное министерство — Министерство РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики — и отдельное полпредство Президента РФ по Дальневосточному федеральному округу во главе с заместителем Председателя Правительства РФ — полномочным представителем Президента РФ в Дальневосточном федеральном округе Ю. П. Трутневым, который очень много делает для интенсивного, опережающего развития наших дальневосточных и арктических регионов, организуя эту работу на высочайшем профессиональном уровне и с заботой о деле. Нашим государством была создана хорошая система управления развитием Дальнего Востока и Арктики, поэтому многое получается.
— Опорные населенные пункты в Арктической зоне РФ являются фактически береговой частью Северного морского пути (СМП), которому в XXI веке отводится роль ведущей транспортной артерии мирового значения, выступающей важной альтернативой традиционному морскому маршруту через Суэцкий канал и железнодорожным перевозкам по Транссибирской магистрали. Что предстоит сделать в ближайшее время для того, чтобы Северный морской путь вышел на максимальный уровень загруженности?
— Опорные пункты должны быть живой, действующей системой берегового обеспечения Северного морского пути. Необходимо развивать города как живые организмы.
Для организации движения по этой водной магистрали в том объеме, который запланирован, нам необходим каркас Севморпути. Это прежде всего порты. Например, износ порта Тикси в Якутии составляет 90%. Поэтому важно, что сейчас на СМП строятся и новые глубоководные порты. Необходимо не только модернизировать и строить новые порты, но и создавать объекты сухопутной инфраструктуры, которые позволят осуществлять разведку ледовой обстановки, вести космические наблюдения, то есть собирать и анализировать информацию, позволяющую обеспечить условия для успешной работы Северного морского пути, для бесперебойного движения судов по нему. Для всего этого необходим сухопутный транспортный каркас СМП. И создание сухопутного транспортного каркаса — не менее важная задача, чем развитие опорных городов. Без развития берега невозможно развитие Северного морского пути. Более того, на берегу, в береговой части Севморпути, необходимо развивать производство.
Существуют планы развития Северного морского пути. Необходимо просто их выдерживать. Есть определенные трудности, связанные с использованием для возведения необходимых для развития СМП объектов изделий зарубежного производства. Из-за санкций они стали нам недоступны, но мы постепенно в рамках импортозамещения начинаем производить такие изделия на наших предприятиях. Да, в силу объективных обстоятельств сроки введения в строй некоторых объектов, значимых для развития Северного морского пути, сдвигаются вправо, но мы все сделаем, мы справимся.
У нас огромные планы строительства ледоколов, грузовых судов, газовозов, сухогрузов, судов речного флота. Нашей безусловной гордостью является реализация флагманского проекта — строительство ледоколов класса 22.220 мощностью 60 МВт: три ледокола из пяти запланированных к постройке уже работает, еще два строится. Будет и ледокол «Лидер» мощностью в 2 раза больше — 120 МВт! В проектировании и строительстве ледоколов нам нет равных в мире!
Сейчас на государственном уровне утверждены, приняты к реализации мастер-планы дальневосточных и арктических городов и агломераций. Что такое мастер-план? Это не просто план архитектурно-градостроительных мероприятий, а комплексный план, в основе которого лежит прежде всего экономика города и агломерации. Первый вопрос, с ответа на который начинается подготовка мастер-плана, — «Какая экономика будет у города?» Ответ на этот вопрос позволяет понять, какова будет численность населения в данном городе (в данной агломерации) в перспективе. Затем уже решаются вопросы об организации городских пространств, размещения объектов жилищно-коммунальной, социальной и транспортной инфраструктуры. Сегодня мероприятия, направленные на создание мастер-планов, коснутся 16 опорных населенных пунктов (агломераций) с населением 1,6 млн человек.
В нашей стране, если мы говорим об арктических и дальневосточных регионах, эталонным примером реконструкции городской среды является подготовленный по инициативе Председателя Совета Федерации ФС РФ В. И. Матвиенко комплексный развития план города Норильска до 2025 года. Именно данный, комплексный план, за реализацией которого пристально наблюдает Валентина Ивановна, во многом стал примером для подготовки мастер-планов других северных и дальневосточных городов и агломераций. Очень важно, что при подготовке мастер-планов учитывается мнение людей.
Города необходимо развивать как живые организмы, и здесь в качестве весьма яркого и поучительного примера можно привести генеральный план города, не являющегося ни арктическим, ни дальневосточным, — Екатеринбурга. Генплан был подготовлен по инициативе мэра города А. М. Чернецкого, специалиста высочайшего уровня квалификации в области городского управления. Перед подготовкой генплана провели опрос жителей, каким бы они хотели видеть свой город не просто в данный момент, а через 20 лет. Людям предложили заглянуть на 20 лет вперед — и результаты впечатлили! Екатеринбург стал современным городом с красивой архитектурой в центре! В центральной части города был снесен частный сектор — деревянные дома с печным отоплением. На их месте появились высотки, но пространство вокруг них было организовано так, что оно не стало давящим и бездушным. Наоборот, пространство вокруг вновь возведенных многоэтажек оказалось социально привлекательным, и это очень хороший пример грамотного, взвешенного, ориентированного на интересы и предпочтения людей планирования развития города. Такой опыт может оказаться весьма полезным для подготовки мастер-планов опорных городов вдоль Северного морского пути.
— В советский период нашей истории на Севере активно работала малая авиация, просто незаменимая в высоких широтах. В первые постсоветские десятилетия малая авиация не развивалась и даже в некоторых частях России перестала использоваться. Сейчас стоит задача ее возрождения. Удается ли решать эту задачу? Что предстоит сделать для того, чтобы малая авиация вновь заняла достойное место в транспортной системе Дальнего Востока и Севера нашей страны?
— Необходимо воссоздать действовавшую в советский период нашей истории на Дальнем Востоке и на Севере маршрутную сеть. Ее основу составляли авиаперевозки самолетами. Действовала связка «самолет — вертолет». Самолеты доставляли пассажиров и грузы по основным, магистральным направлениям. А в определенных точках этих маршрутов доставленные самолетами пассажиров и грузы забирали уже вертолеты, доставлявшие людей и товары в конкретные пункты, куда оптимально было лететь именно на вертолете, а не на самолете.
Еще недавно высказывалось такое мнение: для перевозки людей и грузов на Севере самолеты не нужны — надо использовать только вертолеты. Но оно в корне неверно в силу следующего обстоятельства: час эксплуатации вертолета требует затрат денежных средств в значительно большем объеме, чем час эксплуатации самолета малой авиации.
Организацию авиаперевозок на Севере необходимо строить по принципу стыкования маршрутов, на которых будут работать самолеты, и вертолетных маршрутов. Это оптимальный для наших условий вариант.
Организация авиаперевозок начинается с поиска ответов на четыре вопроса. Первый вопрос — «Куда летать?» Второй — «Куда садиться?» Третий вопрос — «Кто за штурвалом?» И четвертый вопрос — «На каких самолетах мы будем летать?»
Маршрутная сеть определена. Северные аэропорты нуждаются в коренной реконструкции, и здесь как весьма удачную, очень полезную для нашей страны и заслуживающую распространения практику следует привести деятельность компании «Аэропорты Красноярья», осуществляющей модульную сборку здания аэропорта. Металлоконструкции доставляются на место, и аэропорт собирают из блоков-модулей.
В организации авиаперевозок на Севере и на Дальнем Востоке есть очень актуальная проблема — нехватка пилотов. Особенно в небольших авиакомпаниях. На сегодняшний день задача первостепенной важности — преодоление дефицита летных кадров. Для этого надо увеличить количество учебных заведений, готовящих пилотов гражданской авиации.
Актуальна и задача, связанная с обновлением парка самолетов и вертолетов. Необходим скорейший выход на полномасштабное, крупносерийное производство таких самолетов, как «Байкал» (ЛМС?901 «Байкал»), «Ладога» (ТВРС?44 «Ладога»), Ил?114. Самолеты «Байкал» и «Ладога» заменят устаревший, но весьма надежный самолет Ан?2, а Ил?114 должен прийти на смену выработавшим свой ресурс, но очень качественным и до сих пор выручающим нас самолетам Як?40 и Ан?24.
Нам также необходимы вертолеты Ми?8.
— Август прошлого, 2023 года можно рассматривать как начало принципиально нового для Севера России жизненного этапа: впервые в истории России был принят Федеральный закон «О северном завозе». Можно ли сказать, что уже в этом году условия поставки жизненно важных грузов в отдаленные районы Севера и Дальнего Востока кардинально улучшатся? Что необходимо сделать в ближайшее время, для того чтобы Федеральный закон «О северном завозе» в полной мере начал приносить свои положительные результаты?
— Да, в истории нашей страны обеспечение регионов Крайнего Севера и приравненных к ним территорий жизненно важными грузами никогда ранее, до 2023 года, не регулировалось отдельным законом. И принятие в прошлом году Федерального закона «О северном завозе» — это колоссальный шаг вперед, который создаст прочную основу для организации опережающего и устойчивого развития ряда наших дальневосточных, северных, в том числе и арктических, регионов. Данный закон начнет реализовываться только с этого года. Сейчас ведется большая и весьма интенсивная работа по подготовке подзаконных актов, необходимых для организации северного завоза в соответствии с новым законом. Участвуют в этой работе все: и депутаты Государственной Думы, и сенаторы РФ, и, конечно же, наше профильное министерство — Министерство РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики. Конечно, первый опыт применения нового Федерального закона «О северном завозе» покажет, что нужно будет доработать, какие коррективы внести в практику его применения. Будем работать, и я не сомневаюсь, что все получится.
— Непременным условием развития всех отраслей экономики является развитие энергетики, что особенно актуально для дальневосточных и северных регионов, где действуют изолированные энергосистемы, представлена распределенная генерация, наблюдается значительный износ энергогенерирующих мощностей: дизельных электростанций, котельных, ТЭЦ. Актуален вопрос об активном внедрении новых, высокотехнологичных источников энергогенерации, в частности АЭС малой мощности, ветряных электростанций, солнечных электростанций, гибридных электростанций. Как быстро это все начинает находить применение на Дальнем Востоке и на Севере России? Существуют ли какие?либо препятствия, не позволяющие активно внедрять новые виды энергогенерации в дальневосточных и северных регионах нашей страны?
— Да, энергетика является базой для опережающего развития Дальнего Востока и Арктики, поскольку сейчас стоит задача бурного развития там промышленности и транспорта. А для этого необходима энергогенерация в достаточном количестве. И делается в сфере модернизации и создания новых энергогенерирующих мощностей в дальневосточных и арктических регионах нашей страны очень много. Например, реализация проекта развития Баимского рудного поля сделает Чукотку совершенно иной: валовый региональный продукт удвоится, станет совсем иной организация производства и транспортной сферы. Для обеспечения этого проекта электроэнергией запланирована постройка четырех плавучих АЭС. Первая их них — «Михаил Ломоносов» — уже работает в Певеке.
Начата реализация программы строительства АЭС малой мощности на Севере России. В Республике Саха (Якутия) в Усть-Куйге строится такая станция. Ее сердцем станет отечественный реактор РИТМ?200, который хорошо зарекомендовал себя на наших атомных ледоколах.
В проектировании и строительстве атомных электростанций нам так же, как и в производстве ледоколов, равных в мире нет, чем мы можем и должны гордиться!
Я скептически отношусь к ветроэнергетике. Скорее всего, необходимо делать ставки на гибридные электростанции, в которых ветроэнергетическая установка будет совмещена с солнечной электрогенерирующей установкой или с иной энергоустановкой. И, конечно же, на всякий случай, на всякий случай (!) в запасе надо иметь дизель-генераторную установку: она обеспечит надежную, бесперебойную выработку электрической и тепловой энергии при отсутствии такой возможности у ветряных и солнечных энергоустановок в силу тех или иных погодных условий, в ряде случаев, весьма непредсказуемых в дальневосточных и арктических регионах нашей страны.
— Относительно недавно, 5–6 марта 2024 года, в Москве, в Торгово-промышленной палате РФ, прошла IX Международная научно-практическая конференция «Дальний Восток и Арктика: устойчивое развитие» («Дальний Восток и Арктика — 2024»). Вы выступали в качестве модератора пленарной сессии «Северный морской путь — ключевой инструмент обеспечения национальных интересов на Дальнем Востоке и в Арктике». Скажите, пожалуйста, в чем заключаются важность, значимость, ценность и, может быть, уникальность этого весьма масштабного мероприятия? Что вы как представитель законодательной власти России по итогам работы конференции могли бы рассматривать как возможную точку приложения усилий наших законотворцев?
— Организация опережающего и устойчивого развития наших дальневосточных и арктических регионов — масштабная, очень непростая задача. Решить ее, безусловно, можно, но для этого требуется объединение усилий всех специалистов, от деятельности которых будет зависеть успешность развития Дальнего Востока и Арктики: это ученые, специалисты-практики из самых разных сфер, значимых для развития дальневосточных и арктических регионов России, руководители предприятий, бизнесмены; конечно же, представители законодательной и исполнительной власти. И Международная научно-практическая конференция «Дальний Восток и Арктика: устойчивое развитие» с этой точки зрения просто бесценна! Она объединяет тех специалистов, которые, возможно, нигде, кроме этой конференции, никогда бы не встретились друг с другом. Более того, именно на этой конференции, в обстановке взаимодействия специалистов различного профиля, рождаются уникальные идеи, которые бы не смогли появиться при других условиях и которые могут оказаться просто незаменимыми для успешной организации опережающего и устойчивого развития Дальнего Востока нашей страны и Российской Арктики!
В связи с конференцией хотелось бы высказать одно предложение. Конференция проводится ежегодно, что очень и очень хорошо, но было бы желательно, чтобы участвовавшие в ней специалисты в течение года, в перерывах между конференциями, регулярно встречались друг с другом в рабочем формате с целью поддержания профессиональных контактов и совместного решения самых актуальных вопросов развития Дальнего Востока и Арктики. Можно было бы подумать о предоставлении нашего Комитета СФ ФС РФ по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера Совета Федерации как экспертной площадки для таких регулярных встреч специалистов различного профиля.
— Анатолий Иванович, вы родились в Новосибирске, высшее образование получили в Томске, окончив исторический факультет Томского государственного университета. Начали трудовую деятельность в своей альма-матер, а 1 сентября 1992 года прилетели в Магадан, где стали сотрудником кафедры всеобщей истории и истории России Международного педагогического института. И вся последующая жизнь у вас была неразрывно связана с Магаданской областью, которую вы с октября 2014 года представляете в Совете Федерации ФС РФ. Можно ли сказать, что Север, точнее северо-восток нашей страны, стал вашей судьбой? Что привлекло вас в Магадане и на Севере вообще?
— Работать в Магадан меня пригласил мой товарищ. Я приехал туда, и мне понравилось. Заинтересовала история развития этого края. Я увлекся изучением «Дальстроя», и это на долгие годы стало основной областью моих научных интересов.
На Севере живут и работают замечательные люди. Их особенность в том, что они очень надежные в дружбе и в работе, они всегда помогут, если видят, что человек нуждается в помощи, они не боятся трудностей.
Я обратил внимание на один весьма интересный факт: Магадан и Магаданская область изначально были сформированы как среда несвободных, подневольных людей, поскольку в 1930?е, 1940?е, 1950?е годы люди там оказывались не по своей воле. Но, несмотря на такие обстоятельства, эти люди оказались настолько внутренне свободными!.. Это парадокс! Магадан, Магаданская область, Северо-Восток нашей страны — это территория, где живут внутренне колоссально свободные люди, очень добрые, отзывчивые и трудолюбивые.
В моей жизни был потрясающий случай, который очень много говорит о живущих в Магадане и на Севере вообще людях. Когда я только начал обживаться в Магадане, мой товарищ пригласил меня к своим родителям на ужин. Я с удовольствием пошел. Родители моего друга спросили, есть ли у меня родственники в Магадане. Я ответил, что в Магадане у меня нет никого из родных. «Если так, — сказали они, — значит, мы будем твоими родственниками в Магадане». Вот такие там живут необыкновенные люди!
Живя и работая теперь в Москве, я как?то подумал: чего мне, несмотря на красоту нашей столицы и колоссальный масштаб профессиональной деятельности, все?таки здесь недостает? Что есть в Магадане, чего нет в Москве? И я нашел ответ на этот вопрос: здесь, в Москве, с ее плотной застройкой, нет возможности наблюдать горизонт, а в Магадане и на Севере вообще такая возможность есть: там выходишь на улицу — и перед тобой открывается такой простор, такие завораживающие бескрайние дали, что дух захватывает!
На Севере всегда есть горизонт. Во всех смыслах этого слова: и с точки зрения восприятия пространства вокруг, в сугубо физическом смысле, и с точки зрения колоссального потенциала, больших возможностей для развития на много лет вперед.
— Ваша научная и общественно-политическая деятельность посвящена Северу России. Ритм жизни у вас, безусловно, весьма динамичный. Если удается отдыхать, в какой части нашей страны вы предпочитаете проводить отпуск?
— Мне близок принцип «Перемена занятия есть отдых», о котором говорил академик И. П. Павлов. Для меня отдых — это прежде всего перемена деятельности. Будучи в отпуске, ненадолго езжу в санаторий: надо все?таки восстановить силы, поскольку работы всегда достаточно много, а после отпуска наступают напряженные, но, конечно же, радующие трудовые будни, к которым, чтобы работать результативно и с пользой для людей, нужно быть готовым морально и физически. Этому и способствует полноценный отдых.
Большую часть отпуска провожу в Магадане и в Магаданской области: встречаюсь с земляками, вникаю в суть проблем людей и стараюсь помочь в решении насущных, жизненно важных вопросов наших северян.
— Анатолий Иванович, спасибо большое за то, что в вашем весьма плотном рабочем графике вы сумели выделить время для ответов на наши вопросы. Мы от всей души желаем вам неиссякаемой энергии, вдохновения, ярких идей, их беспрепятственного воплощения на благо нашего Отечества, больших успехов, радости и, конечно же, крепкого здоровья!
Беседу вели Дмитрий Парамонов и Анна Панкратова "Региональная энергетика и энергосбережение".
https://energy.s-kon.ru/
![](/uploads/posts/2024-07/1721607412_photo_2024-07-22_10-44-10.jpg)